Во время последней, довольно суетливой бизнес-поездки во Флоренцию мне повезло: клиент забронировал для меня номер в «Four Seasons». Этот отель состоит из двух отреставрированных дворцов эпохи Возрождения, разделенных 11 акрами сада. Я был в восторге. 
Был, пока не приехал и не увидел, что мой номер расположен в более отдаленном из зданий. Каждый раз, возвращаясь в гостиницу, я должен был проходить в свой номер через весь сад. 
Я имел очень плотный график консультаций, к тому же, другую работу никто не отменял. И эти длинные, вынуждены прогулки садом воровали мое ценное время, которого и так было чрезвычайно мало. 
Сначала я входил в сад раздраженный, шел быстро и решительно. Но, как ни странно, каждый следующий раз я шел немного медленнее. Наконец, этот сад стал оказывать на меня какое-то трансформирующее влияние. Пока я блуждал по извилистым тропинкам, мой разум тоже начинал блуждать, и во время этих блужданий устанавливались связи между вещами, приходили догадки, генерировались идеи. 
С таким быстрым темпом жизни и работы, где главное — производительность, мы теряем свои сады — в прямом и переносном смысле. Нужно их возвращать. 
Недавно я обедал с Раджипом, техническим директором крупного инвестиционного банка. Когда мы вернулись в его офис, проведя вместе час, у него было 138 новых электронных сообщений. Звуковые оповещения о новых письмах продолжали поступать и дальше, пока мы разговаривали. «Как же за этим всем успевать?» — Спросил он у меня. 
Никак. В компании Раджипа работает около 10000 человек. «У меня нет времени думать», — пожаловался он мне. 
«У меня нет времени думать». Пожалуй, пять самых страшных слов, которые может произнести руководитель. Но они больше нас не пугают, потому что стали слишком привычным явлением. Даже без 10000 подчиненных мы чувствуем себя слишком занятыми, чтобы думать. Почти каждый из нас так себя чувствует. 
И дело не в том, что мы непродуктивны. Мы — невероятно продуктивны. Мы создаем продукцию. Принимаем решения. Разрабатываем и тратим бюджеты. Управляем сотрудниками. Пишем предложения. 
На самом деле, в определенной степени проблема как раз и заключается в нашей продуктивности. В среде маниакальной продуктивности что-то теряется. И это «что-то» — осмысление. 
Из-за занятости и забот мы очень редко вдумчиво анализируем события, тщательно размышляем над точками зрения других людей или оцениваем, как результаты наших решений повлияют на будущий выбор. Эти вещи требуют времени. Они требуют, чтобы мы «сбавили обороты». А у кого есть на это время? Таким образом, мы все меньше задумываемся над чем-либо и этим ограничиваем собственный рост. 
Обычно мы сбавляем темп и начинаем что-то осмысливать, когда привычный ход жизни принудительно прерывается. Так, болезнь, потеря работы, смерть любимого человека — все это заставляет нас остановиться, подумать и оценить вещи. Но это — нежелательные прерывания и, к счастью, они не случаются часто. 
А разве не было бы замечательно, если бы мы могли осмысливать вещи постоянно и без таких принудительных прерываний? Если бы мы могли прерывать сами себя на несколько минут ежедневно, дабы подумать и что-то осмыслить? 
Нам необходимо всего несколько минут прогулки в метафорическом саду. 
Какой совет я дал Раджипу? Подумай, где к тебе приходят лучшие идеи и возьми за привычку ходить туда каждый день. Я взял за привычку ежедневно совершать несколько «прогулок садом». 
Одна из «прогулок по саду» — физические нагрузки на свежем воздухе. Во время езды на велосипеде, бега или ходьбы я практически всегда что-то придумываю и возвращаюсь со свежим взглядом на вещи. Это мой любимый, самый надежный «сад» для творческих идей. 
Другой — это письмо. Когда я пишу, идеи совершенствуются, а переживания мягко подталкивают меня к иному взгляду на мир. Нет необходимости делиться написанным с другими — достаточно, если это будет личный дневник — и необязательно уделять этому больше нескольких минут. 
Интересной и поучительной «прогулкой в ​​саду» меня гарантированно обеспечивают беседы с друзьями и коллегами. Все зависит от чуткости тех людей, что меня окружают, и я стараюсь ею не злоупотреблять. Обычно начинаю разговор с какого-то варианта фразы: «У тебя есть несколько минут, чтобы подумать о чем-то со мной?». Не позволяю превратить это в выяснение отношений, и скорее стараюсь поставить какую-то свою идею под сомнение, чем ищу ее подтверждения.
Ничего, если «прогулка садом» будет очень быстрой. Нужно лишь регулярно отдавать ей приоритет перед другими занятиями. Я установил ежечасный сигнал на часы, и, когда он звучит, спрашиваю себя, как прошел последний час и что я планирую сделать в течение следующего. Одна минута — почти не время, но ее достаточно для полезной паузы. И, как я уже упоминал в одной из предыдущих статей под названием «Как лучше всего использовать последние пять минут дня», прежде чем покинуть офис, я каждый уделяю несколько минут оценке того, что в этот день произошло.
Крис Фокс, которого издание Fast Company включило в список «100 самых творческих людей в бизнесе», управляет всеми инженерами и дизайнерами Facebook. Как и Раджип, он не имеет такой роскоши, как много времени на то, чтобы думать. «Дорога на работу и с работы — мое самое творческое время, — сказал он. — Я ни на чем не сосредотачиваюсь, но все равно чувствую в себе энергию интенсивной сосредоточенности».
Несосредоточенная сосредоточенность. Звучит похоже на приятную прогулку в саду.
Некоторые имена и детали были изменены.
Питер Брегман
(Автор книг, лектор и консультант по вопросам управления компаниями, генеральный директор международной консалтинговой фирмы Bregman Partners)
Источник: Harvard Business Review
Перевод — портал УкрБизнес

Во время последней, довольно суетливой бизнес-поездки во Флоренцию мне повезло: клиент забронировал для меня номер в «Four Seasons». Этот отель состоит из двух отреставрированных дворцов эпохи Возрождения, разделенных 11 акрами сада. Я был в восторге. 

Был, пока не приехал и не увидел, что мой номер расположен в более отдаленном из зданий. Каждый раз, возвращаясь в отель, я должен был проходить в свой номер через весь сад. 

Я имел очень плотный график консультаций, к тому же, другую работу никто не отменял. И эти длинные, вынужденные прогулки садом воровали мое ценное время, которого и так было чрезвычайно мало. 

Сначала я входил в сад раздраженный, шел быстро и решительно. Но, как ни странно, каждый следующий раз я шел немного медленнее. Наконец, этот сад стал оказывать на меня какое-то трансформирующее влияние. Пока я блуждал по извилистым тропинкам, мой разум тоже начинал блуждать, и во время этих блужданий устанавливались связи между вещами, приходили догадки, генерировались идеи. 

С таким быстрым темпом жизни и работы, где главное — производительность, мы теряем свои сады — в прямом и переносном смысле. Нужно их возвращать. 

Недавно я обедал с Раджипом, техническим директором крупного инвестиционного банка. Когда мы вернулись в его офис, проведя вместе час, у него было 138 новых электронных сообщений. Звуковые оповещения о новых письмах продолжали поступать и дальше, пока мы разговаривали. «Как же за этим всем успевать?» — спросил он у меня. 

Никак. В компании Раджипа работает около 10000 человек. «У меня нет времени думать», — пожаловался он мне. 

«У меня нет времени думать». Пожалуй, пять самых страшных слов, которые может произнести руководитель. Но они больше нас не пугают, потому что стали слишком привычным явлением. Даже без 10000 подчиненных мы чувствуем себя слишком занятыми, чтобы думать. Почти каждый из нас так себя чувствует. 

И дело не в том, что мы непродуктивны. Мы — невероятно продуктивны. Мы создаем продукцию. Принимаем решения. Разрабатываем и тратим бюджеты. Управляем сотрудниками. Пишем предложения. 

На самом деле, в определенной степени проблема как раз и заключается в нашей продуктивности. В среде маниакальной продуктивности что-то теряется. И это «что-то» — осмысление. 

Из-за занятости и забот мы очень редко вдумчиво анализируем события, тщательно размышляем над точками зрения других людей или оцениваем, как результаты наших решений повлияют на будущий выбор. Эти вещи требуют времени. Они требуют, чтобы мы «сбавили обороты». А у кого есть на это время? Таким образом, мы все меньше задумываемся над чем-либо и этим ограничиваем собственный рост. 

Обычно мы сбавляем темп и начинаем что-то осмысливать, когда привычный ход жизни принудительно прерывается. Так, болезнь, потеря работы, смерть любимого человека — все это заставляет нас остановиться, подумать и оценить вещи. Но это — нежелательные прерывания и, к счастью, они не случаются часто. 

А разве не было бы замечательно, если бы мы могли осмысливать вещи постоянно и без таких принудительных прерываний? Если бы мы могли прерывать сами себя на несколько минут ежедневно, дабы подумать и что-то осмыслить? 

Нам необходимо всего несколько минут прогулки в метафорическом саду. 

Какой совет я дал Раджипу? Подумай, где к тебе приходят лучшие идеи и возьми за привычку ходить туда каждый день. Я взял за привычку ежедневно совершать несколько «прогулок по саду». 

Одна из «прогулок по саду» — физические нагрузки на свежем воздухе. Во время езды на велосипеде, бега или ходьбы я практически всегда что-то придумываю и возвращаюсь со свежим взглядом на вещи. Это мой любимый, самый надежный «сад» для творческих идей. 

Другой — это письмо. Когда я пишу, идеи совершенствуются, а переживания мягко подталкивают меня к иному взгляду на мир. Нет необходимости делиться написанным с другими — достаточно, если это будет личный дневник — и необязательно уделять этому больше нескольких минут. 

Интересной и поучительной «прогулкой в ​​саду» меня гарантированно обеспечивают беседы с друзьями и коллегами. Все зависит от чуткости тех людей, что меня окружают, и я стараюсь ею не злоупотреблять. Обычно начинаю разговор с какого-то варианта фразы: «У тебя есть несколько минут, чтобы подумать о чем-то со мной?». Не позволяю превратить это в выяснение отношений, и скорее стараюсь поставить какую-то свою идею под сомнение, чем ищу ее подтверждения.

Ничего, если «прогулка садом» будет очень быстрой. Нужно лишь регулярно отдавать ей приоритет перед другими занятиями. Я установил ежечасный сигнал на часы, и, когда он звучит, спрашиваю себя, как прошел последний час и что я планирую сделать в течение следующего. Одна минута — почти не время, но ее достаточно для полезной паузы. И, как я уже упоминал в одной из предыдущих статей под названием «Как лучше всего использовать последние пять минут дня», прежде чем покинуть офис, я каждый уделяю несколько минут оценке того, что в этот день произошло.

Крис Фокс, которого издание Fast Company включило в список «100 самых творческих людей в бизнесе», управляет всеми разработчиками и дизайнерами Facebook. Как и Раджип, он не имеет такой роскоши, как много времени на то, чтобы думать. «Дорога на работу и с работы — мое самое творческое время, — сказал он. — Я ни на чем не сосредотачиваюсь, но все равно чувствую в себе энергию интенсивной сосредоточенности».

Несосредоточенная сосредоточенность. Звучит похоже на приятную прогулку в саду.

Некоторые имена и детали были изменены.

Питер Брегман

(Автор книг, лектор и консультант по вопросам управления компаниями, генеральный директор международной консалтинговой фирмы Bregman Partners)

Источник: Harvard Business Review

Перевод — портал УкрБизнес

Читайте также статьи: «Сознательное управление», или как мы принимаем и не принимаем решенияНе позволяйте своему плану сбивать вас с толкуУбийца счастья номер один — желание взять на себя слишком много.